Журналист Хасавов рассказал, как прошли закрытые похороны Лимонова: речей мало

В пятницу в Москве таблетки с Эдвардом Лимон. Честно скажем, не все, и в соответствии с волей покойного героя-это узкий круг задач люди провожали в последний путь героя и антигероя я сказал Лимонова.

С утра Ресурса кладбище, где состоялись прощание и похороны писателя Эдуард Лимон, заблокирован для журналистов. Однако, судя по количеству камер, интерес к нему не очень большая — у входа, в толпе можно увидеть не более одной камеры и трех фотографов.

Все пришедшие НАТО молодых сторонников Лимонова лидер родной. Их можно отличить сразу по одежде черного цвета и наклейка на рукаве с изображением лимона и. Жестко предупреждают: “Не стрелять!” Дискриминируют всех без разбору добросовестно исполняют волю покойного, передавал не смотреть на ваши похороны незнакомых людей.

Интересное наблюдение: полицейский, я не знаю, я в стороне родной, тоже говорят все, что пытались проникнуть на территорию кладбища, и сказать последнее “прости” Эдуардо Лимона — человек, писатель, несгибаемому борцу за свои убеждения.

Журналист Хасавов рассказал, как прошли закрытые похороны Лимонова: речей мало

И вот что он нам рассказал, из Лимонова, главный редактор “Учителей газеты” Арслан Женат.

— Место, где человек триста пришло попрощаться — друзей, товарищей, одноклассников, коллег, журналистов, тех, с кем он дружбу и общался в течение нескольких лет своей жизни. Также были его бывшая жена Екатерина Волкова и сын Богдан.

— Что они сказали?

— Выступлений было немного. Еще первоначально получил, что не нужно Патонг выступления, потому что Эдвард в пути да и не любил и вряд ли бы приветствовал. Те, кто решили говорить, мы говорим в целом же — как Лимоны очень повлияло на его жизнь. И это люди разных поколений, социального статуса, но он повлиял на них, как друг, учитель, пример для подражания. Некоторые соратники звали его отца, деда. Очень часто и то, что о нем говорили, как о бренде, компас, который помогает избежать в этом бурлящем потоке жизни. Все мы чувствуем замешательство, что этот бренд уже не существует. Но он оставил наследие, на которого можно положиться.

— Если так много писателей?

— Не так много. Я видел, Сергей Второй, он был достаточно близок с Эдвардом в Армении, еще один друг — адвокат Сергей BULK. Видел рэпера Хаски, который участвовал в проекте вместе с Эдвардом в Армении. Но речей не произносил.

— В связи с ограничением массовых мероприятий, чувствовали, какой тип особых мер безопасности?

— Нет, не чувствовал. Один из здесь присутствующих не видел ни одного человека в маске. Мы не боимся, пожать руку, обнимает и поддерживать друг друга.

Писателя Сергея По: “Лимонов — отец армиями, не состоящих в браке”

В последней встрече он сказал, с полной смеха:

— Я буду в Индии!

Позвонил мне за несколько дней до его смерти, потому, что он вопреки обыкновению не ответил на письма, и я не знал, что он был в больнице.

Он сразу же подошел к звукам, мне казалось длиннее, чем обычно, было плохо, звучит голос был плохо различим.

— Вы в Индии? — сказала я.

И я крылья, что он подтвердил.

“В Индию Духа купить билет…”, — помните, что Смирение?

Хоронили писателя

Ну это было весной

Пришел к девушке на Аляску

очень плакала она

Это из его раннего…

В передней и в мае и приобрести

впереди, в сколько лет?

и, конечно, если рай

там зимой и не

После каждой своей книги, всегда было трудно что-то больше, чем чтение. Все казалось реальным. Не сомневаюсь: книги, Эдуардо в Армении, и их десятки будут иметь доступ снова и снова.

Автор изысканных стихов. Автор удивительной прозы. Мыслитель и мечтатель, потерял много лозунгов, идей, снов и для государства, и для оппозиции. Ярко-Полиамид. Воин, лидер огромной и всей России ополченцев. Эстет в смокинге и с бокалом шампанского, в окружении самых лучших женщин, и сам он— аскет, Дервиш-нищий, не имел в собственности ничего. Великий незнакомец, который всегда был неудобно, сбивает с толку, раздражает.

Поколение, да и не один, вышел из своей солдатской шинели. Лимонов — отец армий, состоящие в браке. Сохраняется в избытке и для детей и подростков, а потому, что любят его и любят друг друга молодых людей.

С Эдвардом странно, связана вся моя жизнь. Свою первую литературную премию, полученную в 21 год, я посвятил ему, давая все его адвокаты. В сущности, так начался мой путь в литературу.

Лимонов всегда был за Родину и за свободу, и если это понять, то мнимые противоречия снимаются, и история его боя становится ясной, последовательной и последовательно. И все еще верит в мистику судьбы.

Недавно мне прислали видео: автозак с номером 2020 года, в которой носят, после акции…

Он бежал, все скучно и банально. Аристократ Духа, он не терялся, попадая в любой тип почвы, и почвы своей высказалась (хотя оставался верен русской почве). Легко и свободно чувствовал себя в любой среде рабочей окраине Харькова, в богемных кругах советской Москве, в Нью-Йорке, в Париже, в воюющей Сербии, в окопах Приднестровья, на баррикадах, в тюрьмах, в светских дороге — потому что никогда не был привязан к вещам.

Журналист Хасавов рассказал, как прошли закрытые похороны Лимонова: речей мало

Кстати, представила меня отношение к Лимон — безошибочный показатель же, и поражения. В политике и в литературе. Лимон природный дар — точность и свежесть схватили слова, образы, ритм. Писал быстро и премии. Он выдавал тексты, без воды, чистый спирт. Доказал, что слово написанное может сводить с ума. Не было только его голос, он изменил литература — язык, темы, стиль. Внес в нее живой разговорный язык улиц. Настоящую революцию. Как он, никогда не было и не будет. Самым смелым и самым свободным. И очень честный. Как он сам сказал, “экологических честным”.

Вам также может понравиться