Тереза Дурова поставила комедию о российских пенсионерах

Его пьесы “Баба ШАНЕЛЬ” Николай Коляда написал задолго до пенсионной реформы, никогда не думая о ней. Тем не менее, это трагикомедия, восстановлено Тереза не покладая рук в “Театр на Стало” после семи лет перерыва как раз на 8 Марта, он выразил верно, остро и щемяще, как никогда. Хотя за полтора часа сценического действия, от слова “реформа” или “полупансион” с унизительным для россиян размер ни разу не говорил никто, и зрители смеялись. С подробностями из первых посмотреть обозреватель “МК”.

На пенсионеров, пенсионного возраста и психологической адаптации можно услышать до начала спектакля: в то время как зрители сидят на месте, в зале звучит фрагмент записи программы радио. Две женщины голос, кстати, неопределенного возраста, бодро щебечут: что стоит заменить, несчастный “пенсионер” в двенадцати, и обманчиво-уважай ее “господин”? И может ли подобный ребрендинг, увеличение пенсии в стране? Как жить, чтобы чувствовать себя радостно и не грустно подумал?

Слово “ребрендинг” больше не отображается в первую очередь шоу, но пока никто, кроме директора, не покладая рук и актеров, не знает. Но из-за него, клавиатуры, “Ta CHANEL”, и начнется сыр-бор. Интересное сочетание простила определение особи женского пола с именем предков известного бренда, не правда ли? Но если понять,, chanel,, как видно, все же баба.

И на сцене малого зала уже вовсю развивается парад яркие, сочные в своей цветовой гамме русские юбки, оригинальные, странные, высказывают, ну и, конечно, песни, шутки, прибаутки. В этой формы rus ищет ее выглядывающие из пяти красавиц, в возрастной группе 70+, в каждый мешок с колеса. Это солист ансамбля “Внучка”, о которых он написал свою замечательную пьесу Коляда. По-видимому, в центре внимания подход, но я просто делал тему, в котором больше горечи, чем оптимизм. Тем не менее, его персонаж — пять старушек — производят прямо противоположное впечатление.

Как в школе сочинение, они возвращаются, счастливые и уставшие после работы сделал — его люблю я хор “Внучка”, только что триумфально завершила юбилейный концерт. И теперь его участники готовы сообщить, что наш, по-русски — водка, селедка (под шубой), да как плохо.

— Водка, хотя и белая, но что-то чесать я, — говорит самый старый из коралла компании — Капитолина. Ах этот Слой баба! Жжет, как чемпионка hyip: что ни реплика — смех и аплодисменты. И она, его честь, сидит боком в главе импровизированного стола яд щит с надписью “не курить”, и дает реплики, комментируя то, что происходит.

И что, собственно, происходит за юбилейным столом? Стариков юго-Востоке (сделал Тамара, валюту и эту Девочку, я Бы пошел Ивановна, что то, что баба на чайник, Сара Гармонии — andante static поэзии Серебряного века, и Время — с талантом виртуозно лепить правду-матку) радуются успеху, очевидно, собака, опрокидывая Москве по Москве. Даже оскорбляют друг друга, и сразу жалость Таро. Но, к опасности, к виду общего врага, объединяются, и, несмотря на преклонный возраст, готовы поместить “свинья” и скачать всю оборонительную ярость на врага.

И враг это опасный, потому что… – молодая, красивая, и не говорите. То есть, Regina — розовый Глухих (Маргарита Белкина), прозванный за Chanel. Вместе с спам в ней глава “Интуиция”, Сергей с. (daniel Island) готовятся известного хора. Не, не эти напали по этой же Шанель с длинными ногами, в красных сапогах, маленькое черное платье с рынка и крутой грудью.

На полтора часа “Баба ШАНЕЛЬ” проявляется в русской жизни, с ее с головой, что, как известно, нелегко общим не измерить. Но Тереза не покладая рук, можно увидеть, как что-то удивительно легко и просто: без злобной карикатуры, а также зрелые и, в последнее время, но с юмором, без плоскости схемы, но в том. Менталитет, где в мертвой схватке лабиринт, в котором сочетаются широта, щедрость, с качество коммуналки и немотивированной зависти, прочность, жесткость и волю идти до конца, даже собственной жизни. И многое другое сочетается в ней ночь в моей. Но все равно — против, против, но твой и одержимость.

Пять различных возрастов символы в версии исключительно молодых актрис — Анастасии Очередь, Юлия не собирается, Татьяна Кальция, Ольга, я не вижу, Елена Жива, а также примкнувшим к ним Маргарита Белкина и Даниил Исламабад — сливаются в один яркий актерский ансамбль собран и играл в основе-отличный дирижер. Дурова строит свое шоу в игре и в деталях, кажется, малозначительных, но, во многом, определивших образ спектакля. Скажем, старушка-юго-Востоке собираются с сумками на колесах.

— Каждый день мы видим в метро и на улице, как бабушки и дедушки, с него — то все время идут и идут куда-то и ведут, – говорит драматург Коляда после премьеры. — Что в этих мешках? Всю жизнь, я думаю. Яму, и огромный, бедный и отчаянный. Но все-равно девяти до.

— Мы, русские, не сама сшила, мы не можем! — произносит с акцентом Сара Гармонии, поправляя головной убор больше подходит Италия Калькутты, чем русский.

И в результате перед нами жизнь прожита за них, всех и каждого по отдельности. Как смогли, они жили, как позволили власти и обстоятельств. В первом, с точки зрения человеческого и социального — самое интересное в искусство, даже в передовой первой четверти XXI века. Где холод, как песни, поставщиков капы: “Артишоки, артишоки и миндаль, не растут на станции…, чувствую себя” звучит более естественно пластиковые поп-музыки.