Режиссер Елена Якович о невероятной жизни Анны Ахматовой

23 июня исполняется 130 лет Анны Ахматовой. Его жизнь — биография страшной России XX века, в котором мировые войны, революции и террор тоталитарного смешались с невероятной силой человеческого Духа, ни ест, ни трудных испытаний. Так уж вышло, что именно Ахматовой, “после веселой менеджер”, привилегия и удача, говорить о горе “болт не народ”, и своих соотечественников, великих поэтов Серебряного века, разрушены государственной машины. Гумилев, Мандельштам, Цветаева — что их всех пережил. Режиссер Елена Civic снят документальный фильм “Анна Ахматова. Вечного присутствия”. В интервью с корреспондентом “МК” прокомментировал эту ленту и удивительных открытий в биографии Ахматовой.

Фильм КГБ

— Елена, почему вы решили сделать фильм об Ахматовой?

— Я снял фильм о Ольга БРИК, и возник сюжет, его отношения с Ахматовой. Для БРИК Ахматова была очень значимым человеком, и, что ни разу в жизни не было. Вместе с мужем, литературоведом Георгием в пяти ходила к ней после постановления 1946 года “О журналах “Звезда” и “Ленинград”: когда против Ахматовой развернулась преследование, и она не выходила из дома. БРИК был на похоронах Ахматовой, и был в ужасе от этой потери. Я отправился в музей Ахматовой на Болоте дом: как не имеют профессиональной подготовки похорон. Так был найден чудом сохранившийся и оперативная съемка похорон Ахматовой, сделанный сотрудником КГБ. Известно, что Ахматова умерла 5 марта, в день смерти Сталина, что всегда отмечалось как праздник, и в день смерти Прокофьева, чья мучить и пьеса “Одержимость” звучит в последние дни в больнице, по радио и в газете написал: “Играл Рихтер. Это чудо, я до сих пор не могу опомниться. Нет слов, даже отдаленно не могут передать то, что было… “Наваждение” Прокофьева еще на меня”.

Умерла Ахматова в Москве, но его время не были похоронены. Только 9 марта отнесли гроб в Ленинграде. Тот же самолет Тетуан Надежда Яковлевна Мандельштам, Эмма Герштейн, другие друзья Ахматовой. С момента падения с лестницы и начал оперативная съемка КГБ. В объектив упали крупные планы людей, которые никогда не снимала официальная кинохроника. Бродский, сын Ахматовой — Лев Николаевич Гумилев… Снимали из машины, он видит, что это скрытая камера, но съемка высокого качества. Эти видео, как правило, со временем уничтожались за ненадобностью, но здесь даже они поняли, что их историческая ценность, и фильм, уже превышает в списке, чудом выжил.

Режиссер Елена Якович о невероятной жизни Анны Ахматовой

То, что меня зацепило. И здесь Алла Демидова, которая участвовала в фильме БРИК, пригласил на спектакль “Ахматова. Поэма без героя” Кирилла быть богатой. Он произвел на меня сильное впечатление, и я решил посмотреть, если есть какие-либо круглой даты, и обнаружил, что она 23 июня 130 лет. Так что этот фильм похороны и с шоу от страха и быть богатой для меня и начался фильм.

— Тем не менее, центр его фильм превращается в Болоте дом в Петербурге?

Это главный дом в жизни Ахматовой. Там она писала “Реквием” и “Поэма без героя”. Тридцать пять лет, менее чем в эвакуации была связана с этим местом. Тридцать пять лет творчества и проблемы, многочисленные аресты сына Левы, и ее муж Николас Ставят. В первый раз, для меня фильм согласилась дать интервью внучка Ставят — Анна Иди. Мы говорили несколько часов. Ахматова назвала его внучка. Родилась в Болоте доме, она выросла у нее на руках, жила с нею, с пяти до двадцати пяти, до последнего вздоха Ахматовой, один свидетель, который был. Кроме того, в фильме появляются, что знал, я люблю твоего в Санкт-Петербурге, во времена своей юности, в 60-е годы: Александр Кушнер, Был, как управления, Владимир Приемник, Миша Плохой. Я встретился с дочерью писателя Виктора Гвоздя Барбара видела, я люблю твоего в Однажды в 1941 году, когда ехал в эвакуацию в Ташкент — получается, что раньше всех живых. Кроме того, несколько лет назад мне удалось взять большое интервью у Вячеслава Иванова — очень дорогой для Ахматовой. Ну, и появляется Бродский, который так много значил в его жизни. Когда мы с Алексеем Siam съемок “Прогулки с Брэд”, он читал стихи Ахматовой “Здесь все меня переживет”. Читает и в конце этого фильма. И голос Ахматовой звучит, и газеты там. Были опубликованы, но лишь немногие видели этих прекрасных цветов за.

Агенты смотрели, не вышел ли Ахматова с

— То, что вас поразило в разговорах с семьей Ахматовой?

— Много. Я даже не мог представить, что есть люди, которые помнят подробности. Например, я держал в руках фотографии, которые Ахматова было ана Пути, когда больная ванну. В то время как скарлатина требовало обязательной госпитализации, но Ахматова, девочка не сказала, что, назвавшись его бабушка. Она пела свои детские песни и рисование принцесс. Это произошло вскоре после третьего ареста Левы, что произошло в глаза по Дороге. Она говорит ему, что Ахматова была в беспамятстве, и никогда не ходили с жирный, стуча сапогами. Но мама Ани — Ирина Девочка — сказали: “Вы, пожалуйста, убедитесь, Энн ездить на. Она себя не очень хорошо чувствует”.

Меня поразило, что после войны во дворе Болоте дома поставили памятник Сталину, и Анна Андреевна каждое утро приходилось видеть. Когда вышла из декрета 1946 года, фактически своя причина его смерти гражданского и запрет печати, Ахматовой, пришли агенты и сказал, что она не выходила из дома, но он подходил к окну. Так вы увидите, что не покончила с собой. Для этого, во дворе, специально поставили в банку, она и по сей день там, правда больше декоративный. Однако, самая интересная история связана с “пальчики оближешь”…

Режиссер Елена Якович о невероятной жизни Анны Ахматовой

— Это правда, что друзья Ахматовой заучивали на память главы из поэмы, а потом сжигали?

— Правда, и эта история, Лидия Кока. На Болоте дома есть пепельница, единственное там, что, связали проволокой, чтобы не унесли, и спички в ней. В этой пепельнице (мы показываем в фильме) Ахматова если с “Реквием”. Было одиннадцать человек, которые читали главы из поэмы. Анна Иди дома хранится другой пепельницу, меньшего размера. Так вот он говорит, что после 1946 года, Анна Андреевна если с вашего файла на плите: он был дома, этого зеленый печки ней в комнату. Когда печка не копии, Ахматова когда собирал рукописи на мелкие кусочки и если с в этой пепельнице, и Аней по Дороге смотрели, как горит огонь… это тип дома, детали для меня были полным открытием. Но все время ложатся в другой, внутренней жизни Ахматовой, к которой можно только приближаться, но не понять.

Дети отвечали: “Ахматова — враг литературы”

— Пытались ли вы каким-либо решить вопрос о сложных отношениях Ахматовой с сыном?

— Я не пытался ответить на этот вопрос. Я оставляю сцену с Левой стороны, что существует многое, и о котором я подробно рассказываю, в тот момент, когда в третий раз переносят Болоте дом в 1949 году, вскоре после третьего задержания Ставят, а потом вернуться к нему на похоронах Ахматовой. Я не считал с права вторгаться в сферу отношений. Существует версия, что они оба были сильными личностями и не могли ужиться. Два так трагически любил жизнь, поэтому много пострадавших… я Не могу судить об их отношениях.

— Ахматовой, потому что я должен был написать стихи, прославляющие Сталина, чтобы сына освободили?

— Да, но она меньше всего в этом замешана, меньше других. Да, и потом, ее сын сидел, ясно, что она была готова на все. Ахматова, в отличие от многих поэтов своего времени, никогда не строила никаких иллюзий в отношении советской власти. Она абсолютно трезвый всегда понимала, что происходит. Есть единственный альбом, который хранится в REGAL, с автографами, о ней стихи поэтов Серебряного века. Там посвящение в солнечной Николас Смирение, возлюбленный Ахматовой — на одежду, ее второго мужа если я. В целом, этот альбом стал страсти и для нее, и для всех нас, потому что все они она пережила и сказал, “я не знал, что была задумана так надолго”.

— Что такое Ахматовой суждено было выжить в этой мясорубке?

— Она удивлялась. Она же там было много сестер, которые все умерли от туберкулеза в разное время. Ахматова же болела туберкулезом. Человек необычайно хрупкого здоровья, других свадеб выйти на улицу. Кока пишет, что Ахматова не могла пройти от Невского проспекта, потому что это требовало больших усилий. Более поздно, она всегда сопровождался. Почему выжил? Бог сделал судьбу. Почему не посадили, не расстреляли? Вопрос был не для меня, и Сталина.

Чем-то были очень серьезные отношения. Я бы сказал, он за ней полиции всегда. Когда Леву арестовали в первый раз Ставят в один день, очень рано, в 1935 году, Ахматова поехала в Москву, все писатели тогда помогли — и Михаил Булгаков, и его жена, и Картона, и Целая. Она написала от руки письмо Сталину и передал, что это была башня. Пастернак тогда, он писал Сталину: “Жизнь Ахматовой дороги мне, так и моей собственной”. В письме Ахматовой резолюции: “это Ягода. Освобождение от содержания под стражей и Ставят, и Смирение, и представить отчет о его реализации, то есть Сталин”.

Вскоре ему позвонили из Ленинграда, что муж и сын дома. Но когда кулачок снова арестовали в 38-м, второе письмо к Сталину уже не работает, сын ее не в кастрюлю, но, тем не менее, согласно легенде, до войны, Сталин спросил: “как там наша горе? Почему молчит?” И сразу же начали выходить сборники стихов Ахматовой, во время блокады его транспортировать на самолете из Ленинграда в Москву, а оттуда-в эвакуацию в Ташкент. После войны, она будет готовить две книги, один Гол, и второй ста дом с экземпляров в библиотеке “Жжения” — весь тираж пустят под нож после принятия решения. Полный ночей, в том числе знаменитый в Колонном зале, тот же, кто сказал: “Это я зарабатываю постановление”. Считается, что злополучное постановление о журналах “Звезда” и “Ленинград” Сталин лично написал. Кстати, вы знаете, что это решение входившие тогда в школьную программу?

— То есть, дети объясняли, что Ахматова “Польша-государственной”?

— Да, представь себе! Об этом, я сказал Кушнер и управления, что в конце 1940-х годов были студенты. А не учить стихи Ахматовой, а именно, что “Польша-общественности”. В Кушнер это не работает, потому что он прочитал в журнале “Ленинград” на стихи Ахматовой и знал, что она замечательный поэт. И это Было, как управление говорит, что дети не очень поняли и начали задавать вопросы: “что такое?” Так им учительница ответила, что это была женщина, не очень красивая, пошла в монахини, то есть, учителя, да, не очень понимали, как это все дать.

Режиссер Елена Якович о невероятной жизни Анны Ахматовой

Затем, в шестидесятые годы, Ахматова стала центром притяжения для молодых питерских поэтов, великая плеяда вокруг нее пошел, для них было важно и для нее тоже.

“Она не ушла”

— Мы говорим в основном о последующей произведение Ахматовой. Захвата, если в фильме в первые свои годы?

— У нас история Ахматовой, начиная с 1917 года и до конца жизни, поэтому большая часть фильма происходит на Болоте дом. Я рассказываю вам о если я, по Ставят, на Муки, на три, пожалуй, основных его романа, которые связаны с Нет дома… мы Начнем с первой записи голоса Ахматовой в 1920-х, сделанной в Институте живого слова основателя войны ненавижу Джастина Сергей Бернштейн, в цилиндры, в фотографом. Вел ее Николай Гумилев, который также записал там. Уже в разводе, но судьба. После года, Смирение расстреляют, умирает Блок заканчивается с Серебряной века, и там я буду через “Поэму без героя” в Болоте дома.

Режиссер Елена Якович о невероятной жизни Анны Ахматовой

Мы записывали интервью с директором Болоте дома Нина я не буду Поповой в Белый зал, быть врачом дворец и говорили о роли этого места в жизни Ахматовой. И, вдруг, мой суверенитет, сказал: “Она никогда не ушла. Здесь я совершенно мистического склада человек, но в белые ночи, я чувствую, что в этом зале, в этом саду, где что-то обо мне что-то в тени, то, что называется словом “вечного присутствия”. Конечно, это не только вечное присутствие Ахматовой в Болоте доме, но это ее вечное присутствие с нами, она никогда не ушла, она всегда была, есть и будет.

Вам также может понравиться