Премьера «Последнего героя» в МХАТе имени Горького прошла со скандалом

— Браво! — основное обещание партера. — Какой позор! — Бабий визг откуда-то с галерки. Так эффектно закончилась премьера спектакля “Последний герой” в постановке Руслана Алиса по пьесе Иван-Крепость. Это уже вторая премьера на гигантской сцене Убивает Горького после того, как Эдвард Рот заменил Татьяна Домино на должность лечит. И, конечно, столь широкая амплитуда оценки в первую очередь публикации, относилось не столько к самой пьесе, так и к политической ситуации в театре. Смена власти никогда не проходит безболезненно.

Априори, отношение, отвержение всего, что Стив Эдвард Рот в МХАТе, не является новостью в нашем террариуме единомышленников. Не может спокойно пережить, что этот человек получил (“вырезать”, как он выражается, в социальных сетях некоторые патриотически настроенные граждане))) в МХАТ. И вообще — кто это был? Как новый Суворин, Губы сделал идеологический культ из либеральной и модернистской (или постмодернистской) доктрины в традиционных и православие. Ну и, как это взять, скажите на милость? Однако, это отдельная тема, на которую стоит спекулировать на ней в свое время. Между тем, “Последний герой”.

– Автор этих строк имел возможность “открыть”, пьеса “Последний герой”, представленной на драматург конкурс “актеры”. Спектакль был удивительно не похож на большинство драматургические тексты, которые пишутся сегодня. Объемная в смысле, густонаселенная, с очень во Вьетнаме, не отправлять сообщения, с четкими, но совсем не простые рядом со мной черты, пьеса, честно говоря, не “этанола” на роль базы для создания шоу, которое на сегодняшний день привлекает режиссеров. “Последний герой”, казалось бы, самодостаточным произведением, которое было очень интересно читать. Легко можно было представить в виде фильма — жесткий, реалистичный, с элементами “черной” Комедии.

Иван Замок — за этим псевдонимом не покрылся белорусский драматург и режиссер Тимофей и веду, — писал он, произведение, в котором общие черты исказил активист неожиданно закручиваются в воронку и направляются в драму, а затем в эпилоге — Аруба на ироничный мелодраматический конец. В тексте много ненормативной лексики, comic, почти клонировано набросков и “рюкзак” в духе Тарантино, и все (“последний”) герой, принципиальным и честным. Хотя и немного сумасшедший. Что с этим делать на сцене, совершенно непонятно. Во многом, именно поэтому в топ “десять”, что в конкурсе “актеры”, которые выбирают молодые режиссеры, “Последний герой” не прошел: руководители, которые хотят позиционировать себя как “авторы спектакля не рискнул бы иметь дело с автором драмы.

Рискнул МХАТ имени Горького. И уже это радует и вдохновляет. Хотя выбор режиссера выглядит, скорее, как это ни парадоксально: им стал Руслан Маликов, который работал в Театре.doc и в “Практике”, который получил “Золотую Маску” за “акын-Опера”, спектакль полностью монстр для текущего — театр, общество, герои, мигрантов, тексты non-конца, как бы экспериментальный формат, и т. д. Здесь же Nalco собирается работать с крупной формой — и так оно и было, действительно, был эксперимент, и очень смелый.

Премьера «Последнего героя» в МХАТе имени Горького прошла со скандалом

В конечном счете, то, что удалось, что-то, что не является, то, что не оказалось потеряно, по сравнению с произведением. И в числе главных — смещение смысловых акцентов. Герой пьесы прихода в Старый замок, бывший ракетчик, офицер советской, а не только группы ценностей, потери от советской империи, но готов защищать ее от цинизма современного общества потребления. Старейший из их играет Народный артист России Иван Криворучко — брат “понять, знаешь ли “стрелка” Станислава Водорода. В самом начале работы, он сжигает за портреты наших первых двух президентов, виновных, по его мнению, в развале страны. В шоу был заменен на портреты… членов Политбюро ЦК КПСС. Что доказывает, что эта замена? Это политически правильно? Гражданской позиции директора, который, очевидно, не разделяет точку зрения главного героя?..

Есть вопросы, которые еще не основывается на одном диске. В пьесе Крепость заложена стремительность действий, мгновенная, кинематографическая смена планов, эпизодов, безусловных эмоциональных состояний, таких, как естественное, как страх. Мат, что, конечно, за место на сцене Убивает, однако, не случайно в этот текст. Потому что он обусловлен именно этими критические условия, в которых находятся персонажи.

Nalco не удалось найти подходящую замену получить словарный запас, не обязательно вербальное. Спектаклю не хватает ритма, ритмические акценты, динамику. Исследования-мечты, которые погружают в мутном сознании тоскующего Советский герой Старик, тормозят и не толстый действие. Большинство актеров не достаточно органических. Они не очень понимают, какой жанр им предлагает режиссер, но проблема в том, что директор и сам это не понимает. Как результат, некоторые начинает проходить КВН-как, что говорить, лучший друг в современном направлении, но враг этого театра.

А вот “старики” — Иван Криворучко и Лидия Перес — с честью сделали свою домашнюю работу и полностью потянули в том же смысле и выиграет “одеяло”. И это дает основание надеяться, что спектакль “разыграется”, найти темп и тон, своей цели за счет этого раза в год, и найдет своего зрителя, который нуждается в соответствующей оценке современного общества, утрачивающего системы нравственных ориентиров и духовных ценностей.