Никас Сафронов откровенно рассказал о внебрачном сыне

Имя знаменитого художника мой дом Сафронов снова занимает первые строчки проводки. На этот раз причиной был отказ был свидетелем суда признать требования гражданина Литвы Дмитрия Tivoli называться сыном Страдают тем, что Истец проигнорировал два заседания. Единственные откровенно рассказала нам историю своих отношений с матерью Дмитрия и его роль в жизни молодого человека. “Я вложил в него 100 тыс. долларов, даже без анализа ДНК, хотя с мамой у нас не было страстной любви. Выполнил по отношению к нему свой человеческий долг полностью. Я не знаю, как объяснить то, что он не пришел в суд”, – сказал нам знаменитый художник.

фото: Наталья München

В моем доме пять детей, рожденных вне брака и один рожденный в законном браке.

– Уникальные, как Дмитрий появился в вашей жизни?

– Очень интересно. Пришел клиент и сказал, что хочет насладиться изображения. Наверное, боится, что иначе я не могу принять. И вот, когда он уже пришел ко мне, сказал мне, что это мой сын. В процессе разговора я понял, что он нуждается в финансовой помощи. то, что есть долги, с которыми он не может платить.

– Как вы отнеслись к такому положению вещей?

– Я вспомнил свою мать. Не могу сказать, что я был влюблен или давно с ней общался, но она была моя хорошая белка. У нас была короткая встреча, в результате которых может появиться ребенок. В любом случае, я принял его, не делать никаких тестов ДНК.

– Вы знали о его существовании раньше, хотя бы чисто теоретически?

– Нет, до его появления в моем доме этого не знал. Его мать занимала самостоятельную позицию, действительно, если ребенок, мне даст его сама. Но здесь, случайно, что она не смогла, и он был воспитан, так сказать, “детей улицы”.

– То есть, не генетических проверок, и вы, и молодой человек не сделали?

– Затем, после нескольких лет, программа ТВ убедил, чтобы сдать тест на ДНК, но я даже не заинтересован в результате. Что-то вроде немалый процент в пользу того, что я действительно ваш отец. Если эти данные верны, Бог знает. В то время я уже без каких-либо проверок вложил в него 100 тыс. долларов.

– Сумма тысячелетие, как приказал молодой человек?

– Когда он подошел ко мне, в те дни, 21 и 22 лет, было всего 7 классов образования . Он пожаловался, что вам нужно. Я помочь материально, но с условием, что закончит школу и будет продолжать свои исследования дальше. Свершилось. Пошел работать в театр, поступил в институт. Я все это время продолжал поддерживать. Но потом он расслабился и, что называется, сел на питание. Начали пить. И постоянно брал у меня деньги. Но я не олигарх, и только художник! И я без него, помогаю своей семье: всех, братьев, сестру, братьев, племянников, старых друзей в школе….

– Он вел себя нагло, вызывающе?

– Он взял странную позицию”, – говорит, до тебя не было, надо было уже выходить, и теперь ты уже есть, и ничего не денешься – будем помогать”.

– И вы терпели и помогали?

– До какого-то момента…. Затем, видя, что приобретает потребитель, сюрреалистический характер. В то время я уже дал где-то 80 000 долларов, я добил эту сумму до 100 тысяч, и сказал: “Все. Живет сам по себе!”

– Получилось у вас место?

– В течение трех лет я от него не получала никаких новостей. Затем вернулся и проявился через моих помощников. Он сказал, что хотел начать отдавать долги. И, действительно, начал отправлять деньги, пару месяцев назад я посылал за тысячу евро. Мне деньги были не столь важны, но мне было приятно осознать, что взялся за ум. Мы телефон, я сказал, что он имел квартиру, машину, так же, как меня, дорогая девочка, вашего бизнеса. И я возобновил общение с ним.

– И после этих двух месяцев?

– В конце концов он снова попросил о помощи, чтобы иметь возможность работать в России. Он нуждается в квартире и оформлении документов, что он мой сын.

– Именно тогда, когда возникла речь, официальное признание отцовства?

– Да, он нуждался в нем, чтобы жить и работать в Москве. Я дал ему доверенность, чтобы он сам решает в судах вопросы. Но он почему-то не пришло в два судебных заседания .

– Что объяснил?

– Я не спрашивал. Может быть, за то, что он сейчас переехал жить в Эстонии, в Литве. Или визу могут продлить. Я не уточнила. Я выполнила перед ним все свои обязательства. Но на самом деле я много занимаюсь благотворительностью. За Ульяновск в школе, которая носит мое имя, училище в Ростове-на-Дону, что я когда-то закончил. Успокаивает повышение стипендии студентам в Родственника университета и многое другое. Как было не помочь родному сыну? Но он уже взрослый, независимый человек, который поставил меня в 100 тысяч долларов, дал все необходимые разрешения на оформление ему бумаг, что дальше строит свою судьбу.

Вам также может понравиться