Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

Он сделал невозможное — победил время. Не более полувека назад, в то время, и по-прежнему, впереди, с развитием добрых лет двадцать. Кто он, этот тип джинсовые шорты до колена, селена футболка за двадцать долларов, смолы с головы до ног, они такие, мистические татуировки, как Большая Змея? Вечно бегущий, скачущий через две ступеньки? Она собирает залы, где есть даже небольшая доля людей, хоть чуть-чуть понимают по-русски?..

Who are you, Мистер Sold Out? Так его называют в мире шоу-бизнеса, и больше — Человек-sell-out. Но для зрителей просто Валерий Леонтьев, и этим сказано все. Нет, это не так: для вашей аудитории, просто Валера. Любимый. И Тот, Кто Дарит Любовь.

Как может он, указав на столь серьезный юбилей, по-прежнему выходят из-под сумасшедшие аплодисменты зрителей на сцене в тишине, вне времени и пространства? За творческие финансовых кризисов и неудач? Вне усталости, болезней, несмотря на следующий после, словно нож, слово – “старый!”?

Вне течения времени? Как он справляется с ним?

Ответ на этот вопрос, я отправился с Валерием Очки в Израиле — стране, где много остро-жгучего солнца, плотно фарфора и воды, где Бог очень близко, буквально, на кончиках пальцев рук, что тянутся в сторону Стены плача. Страна, где живут ответы на все вопросы.

Фото: Ольга Пономарева

Он всегда приходит на концерт сильно заранее и так быстро проходит, Прачечная комната, коридор, определить в я все еще есть время, а вот перехватить — нет. Видимо, лет сдаваться в привычку. “О, смотрите, Объектив!” — “Где?!” И уже нигде! Я не могу в одну секунду до того как мы познакомились, в основном, к одежде, с собраны под кепку волосами, концентрат, протекает по территории, во времени, чтобы кричать: “Стой! Я с тобой!”

И, таким образом подряд ждать пять, от силы десять минут, за которые вы получите сейчас полностью товар в магазине для него пространство, макияж номер.

И я помню, наша первая встреча здесь, в Израиле, в окружающей среде, которая, наконец, с тех пор пятнадцать лет ничего и не изменилось. И одного и того же человека, только страны полон, шорты (только они были белыми) и футболку (она просто лежала исследований срывать и свободно плавающей). Кто возник смотрел в глубокое ночное небо, по окончании всех же, как и в этот раз аншлаговых концертов. И сделал это он ушел покровы признание. И опасна для его же доверчивость и почти детская потребность операции стали затем залог нашей долгой, взаимной, тепла.

У меня, кстати, хочу спросить у вас: “а помнишь?..” Но я не спрашиваю. Потому что уверен, что помнит все и всегда, но я отвечал только на короткий месяц на, выражая снисходительность всем хорошо знакомый ему женский подходы. Потому что знает точно: в этой, так часто поскольку так спрашивает: “а ты помнишь?..” — обман всегда больше, чем любви.

Но общаться мы будем, конечно, уже после неизменно обязательным для него сейчас около. Репетиция перед концертом-это святое, это то, что Народный артист России не прекращается никогда.

На этот раз в Израиль Валерий Объектива пришел после двухнедельного тур Казахстан, были и другие два выступления, чтобы не попасть в любимый Санкт-Петербург. Один выходной и три аншлага в Израиле. Затем, в ночь, самолет, и вечером — все еще работа в Москве. Я бы сдохла в другом месте? Правильно, в Караганде. На второй концерт после всех рейсах. И он эти концерты тринадцать, но, как новый.

— Валерий Яковлевич, вы-волшебник? — интересно, и мысленно лечит себя, и по какой-то причине его голос: “Ну что за банальность?!”

Он не отвечает, и не очень понятно: я прочитал ваши мысли о “банальности”, что — мои.

— Извините, Ведьмак, — на с Нарита благоговением.

Это ближе, — он кивает головой и делает акцент на макияж. Я так себе и начала заниматься Лион — протонов и активность, что, к сожалению, уже давно для вечно куда-то спешащих сегодня люди, я не роскошь. Я с удовольствием рассматриваю рельеф хорошо прокачанного тела, хитрое сплетение татуировки, четкие линии лица, я восхищаюсь его ты единственная единственное волосы после каждого резкого движения головы…

— У меня время прибытия, спросили журналисты: как я думаю, почему люди должны прийти на мое шоу? — прерывает он мое созерцательное состояние.

— Потому что они не дураки его пропускать, — машинально отвечаю я, даже прежде, чем мы смогли увидеть столь странный вопрос.

— И я спрашиваю себя: зачем это? — размышляет Валера. — Ничего вы не должны. Кто захочет, тот и придет. Не правда ли?

— Я думаю, что это было завуалированное предложение хвалить шоу, думаю я.

— Не догадался! — смеется он в ответ.

— Конечно, я не понял. Что его хвалить, когда “все билеты проданы, все билеты проданы, свободных мест не!..”

Шоу Валерия Леонтьева — последняя годовщина — называется “Я вернусь…” Он долго искал название, оставляя в стороне все разные, наивные предложение: нет, не все! И, наконец, нашел его. По тому же финальная песня концерта, авторство Владимир Это было.

Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

Show динамичный, очень современный, вынесенное в настоящем мире. Свет, звук, спецэффекты — все, как должно быть, звезда первой величины. Балет “Опасные связи” и группа “Эхо” работают отлично. Но на концерте, когда зрители находят говорила моя не только песни, но и каждый жест, каждая улыбка, каждый мимолетно брошенное слово, мне все равно кажется, что если Объектив просто ходил по сцене туда и сюда или пел календаря, успех был бы обеспечен.

— Конечно!.. — Force он, когда я разделяю с ним эти блестящие идеи.

Во время концерта Валерий Объектива выполняет более двух десятков песен: старые хиты, новые хиты, двоюродный, мегабайт, и к нему — “дельтаплан”, “Маргарита”, “Сокровища Черного моря”, “Ночной Звонок”, “Я забыл твое лицо”, “Танго разбитых сердец”, “не забывай меня”, “Если вместе до конца”…

Последнее, по сути, называется “Мы спасены”, но название “До дна” мне нравится больше. Художник этот сгусток, концентрат кипения энергии в пыль в петлю дорогих духов, запах цветов, собранных в сложные, сложные букеты трудность красивые из Италии, и, с этой песни быстро перемещается по комнате, я слышу всех зрителей. Живой звук, ритм, восторг зала…

Концерты в Израиле — три: в Кирьят-Хаиме, Беэр-Шева, Тель-Авив. В каждом городе, я наблюдаю не только художник, но и общественности. Она очень сильно отличается, хотя город в ближайшей (по моему, русским понятиям) расстояние, которое может вписаться почти в линию Москва. Но здесь, в Кирьят-Хаиме люди открытые и веселые, на все готовы смеяться громко, щедро аплодируют и много танцевать на концерте, а в Беэр-Шеве, с аудиторией более серьезно — здесь нескончаемые аплодисменты вызывают как самые сложные лирические песни. “Что вы хотите, что пустыня рядом, в течение нескольких дней Беэр-Шева может остаться под туман, туман, ветер Ю, пыльного — иди. Израиль-это страна такая, это не просто, нужно любить”, — объясняет мне разницу в менталитете зрителей постоянный организатор концертов Леонтьева в Израиле Марат Лис.

И в Тель-Авиве, общество в целом не отличается от жителей Москвы и Санкт-Петербурга. И именно в Тель-Авиве, я наблюдаю вкладку поклонников Леонтьева (да, фанаты также имеют свои фирменные фишки. — Авт.): в последней песне, которые поднимаются со своих мест и бежать и бежать к сцене. Наконец, Валера всегда “финалит” концерт в плотное кольцо зрителей, которые стоят вдоль сцены, почти глаза в глаза художника. Где в Тель-Авиве, знают, что делают в Москве и Санкт-Петербурге, Владивостоке и Пскова, в целом, на всех российских городов, для меня остается загадкой. Хотя на концертах в Израиле много поклонников артиста, которые пришли из Москвы, а также из Англии, Германии и даже США.

И еще общее для всей аудитории, при каких обстоятельствах мне бросается в глаза: рынок труда в зале, в основном очень молодой аудитории. Пока я получаю немного ревности, видеть, как эти молодые красивые девушки, которые не стесняясь выражают свое чувство радости, и легко признаются в любви, отправка художник, вместе с элегантные букеты цветов, воздушные объятия и поцелуи. А потом пишут в социальных сетях: “Валера Объектив — моя любовь! Талант и харизма!” И мне хочется подойти к нему и строго сказать: “Девочки! – Это художник, а не своего поколения!” Но я понимаю, что в ответ только посмеются над всем, не дом, в меня чувство оскорбленной собственности.

Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

И еще израильской общественности — ну, во всяком случае, в последние пятнадцать лет изменилась его общая наша. Перед концертом в США приходили, скорее, в поисках утешения, психологической поддержки и ностальгии. Приходили, чтобы получить энергию, необходимую для выживания. Сегодня вчерашние иммигранты расправляет на своей новой родине, состоялись в профессии и в личной жизни, много всякого добра. И они приходят на концерт, просто ради удовольствия. В красивых одеждах, с дорогими букетами, запах хороший аромат; есть настроение и желание радоваться жизни, песни, танцевать, хлопать в ладоши, смеяться шуткам художника и любовь, просто потому, что им недоступен. И что любовь в его неповторимый голос, вырвал его прекрасной форме. И задаются вопросом: как удается жить в возрастном режиме не менее двадцати лет”? И я тоже задаю ему этот вопрос — не зря он летал в Израиль!

— Валерий Яковлевич, как вы можете так, против течения времени?

— Ну, не против, – возражает он, — время еще оказывает на меня влияние, я иногда устаю…

— “Иногда”? “Я устаю”? — буквально кричу я. — Это когда другие половины этой нагрузки падают?! С вами, если что Мик Джаггер, который так любят сравнивать американцев, и положил ее обратно! Так же, как и вы, дядя! А вот вы похоже кого вперед пропустили?

— Я бы хотел, — Путин. Я восхищаюсь его упорством. Перелеты, встречи, постоянно на ногах, да, еще есть время, чтобы думать, анализировать, на пути принятия важных решений… Это тебе не секс, шампанское и рок-н-ролл! Вот я жалею, что в свое время не был в боевых искусств…

— Вы способны ударить человека?

— Защита или защитник — конечно, но да, нападать мне не нравится, и, вероятно, не смогу научиться получать удовольствие.

— Для вас, Израиль-это страна?

— В частности, потому, что она символизирует веру в многовековой идеи и фанатичное желание достичь цели. Имеет хорошее качество.

— Какие грехи — не твое?

— Депрессия: ему скучно.

— Твой?

— Я оглядываюсь на прожитую жизнь же ничего не видно! Всю жизнь я шел, летать нигде, считай, не был, просто работал.

— Трудоголизм, как перфекционизм, не относится к смертным грехам.

— Я не специалист в теологии, но, на мой взгляд, одна из заповедей, которые заповедал отдыхать в субботу. Вот я всегда нарушаю.

— Это для евреев. Православные должны отдыхать в воскресенье. И агностики — никогда. Вот, например, приходили в Храм Гроба Господня?

— Если ты на фото-подпись-Instagram”, в данном случае — нет, — сразу же ставит он заставляет меня покинули, я был в его сторону мяча.

— Хорошо, я спрошу по-другому: то, что вы молитесь или, если не открывается концерт хобби, готовы молиться у Стены плача?

— О его зритель: что люди, которые приходят ко мне на протяжении почти полувека, делятся со мной на концерты тепла, греют меня своей любовью и вниманием, все будет хорошо.

— Вы знаете, что они, в свою очередь, молятся за вас? Его творческого долголетия?

— Видимо, поэтому мне даже удалось выиграть время…, — смеется он.

— И творческого долголетия, – это твоя идея, сколько?

Выходит макияжа и бросает на меня быстрый взгляд:

— Вы боитесь называть вещи своими именами?

— Да, очень. Я боюсь, что это станет реальностью…

— Ты, кстати, сгорела, — говорит он, возвращаясь на грамм, я пользовалась разными кремами в подарок.

— Черт с ним — сгорел… в смысле, спасибо! И когда вы успели заметить? Однако, да, конечно, всегда очень внимательны. Так что насчет долговечности?

Это, вероятно, очень приятно путешествовать, потому что, предупреждает. — Когда мы были в Австралии на гастролях, компьютер в выходной день, полетел в Новую Зеландию через море. Здорово ведь, правда? И я не летала… И желание!

— Это скучно!

— Что? В отпуск?

— Да, да, да!

— Никогда не устают.

— Работать?

Он думает:

— Зритель не должен видеть, что артист сегодня не делает то, что делал вчера. Мой зритель не увидит. Это пока все, что я могу ответить на твой плаваю вопрос…

Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

Он возвращается в процесс подготовки к концерту, и я смотрю на экран своего телефона, который находится на столе, в непосредственной близости от меня. И я вижу свежие фото, на котором Валерий Объектив летит над океаном на парашюте. Полеты на параплане! Ах…, Какой… о Боже, о Боже, дайте ему и дальше сил и здоровья!

Последний концерт Леонтьева начинается поздно, потому что как раз это же еврейская суббота, а с ней-и в субботу. В итоге к восьми вечера, общественный транспорт, соответственно, начнет ходить в девятый час, учитывая, начало концерта назначено на 20: 30. В связи с чем директор Валерия Леонтьева Борис и поверните волнуется сразу о двух вещах противоположных: зрители могут не успеть доехать, так что концерт придется остановить; концерт вы не можете остановить, потому что сразу после завершения художник, надо спешить в аэропорт… Но, что интересно, в 20.35 в зале уже нет ни одного свободного места. Как удалось достичь? По-видимому, можно друг друга в своих автомобилях.

После концерта Леонтьев, несмотря на то, что совсем немного времени, и получите не менее, проститься с общественностью службы ввода и сдачи долгожданный автограф. Пришедшие исследований поклонники обступают машину, спасибо, кричат: “Спасибо! — Лучше всего! Любим, скучаем, ждем! Возвращайтесь!”

“И лучше не выходить! — о добавляю я. — Уже не уйти — это всегда проще, чем вернуться…”

Вам также может понравиться