Беременная Гай Германика представила новый фильм и призвала меньше пить

Валерия Гай Германика представила на открытом российском кинофестивале новый фильм “Умственный волк”, где уже не только директор, но впервые производитель. Когда она появилась на сцене, многие не поверили, что она очень беременна, решили, что это очередной эпатаж, а живот накладной.

фото: Геннадий Авраменко

Когда она появилась в Сочи с милый щенок. Проблемой является то, что не на весь парад проходит, но сразу привлекала внимание всех. Камеры направлены только на дама с собачкой. Германика — предмет пиара и провокаций.

После премьеры, вел себя как бунтарь и нахальный ребенок, несмотря на то, что уже было 35, и в скором времени станет матерью в три раза. Одноименный фильм, очень отличается литературному первоисточнику — на сцене Юрий Нравится. Она уже давно не испытывает влияния литературы. Так что Роман Проверяет, ничего общего, и его “Умственный волк” — это другая история.

— У меня нет никаких сомнений, что волк ходит за каждым человеком. Я давно, изучение богословской литературы, девяти лет. Я слышал, сестрам историю о том, как она шла по дороге, а за ней шел волк, — сказала Германика.

Поэтому фильм, очень похоже на то, что было раньше”, уже хорошо. В фильме мы видели ее игру ужасов, но Германика сказала: “Жанр ужасов я, как правило, нас интересуют”. В целом, мы находимся в руке лесу, произведенный в Карелии, в царстве женщин, который преследует волк. Существо это странно, это не волк, хотя юля Нас — точно волчица, и области. Волк здесь Анубис, уроженец погребальные обряды Египтян. Может быть, именно поэтому в начале фильма нам показывают омовения мужского тела, но проблемы остаются. Германика не отвечает, считает, что все зрители были пьяные. В намеков красная Шапочка ответила: “Меньше пить надо”.

Юлия Нас, редко работает с кем-то, кроме своего мужа Андрея Кончаловского, согласилась сыграть мать и мальчика. Она Роуз глаза, накладные ресницы, непривычно ее сторону лицо, как будто она дочь степей. Мать, дочь и своего сына, а на самом деле девочка, нравится, мальчик, идут и ночью, и страшный лес. Везде вы видите их волк. Мать Нас — периодически уходит в глубь леса и вернулся. В сущности, мальчиков и девочек мало чем отличаются. Как скажет героиня терпеть не могу: “для некоторых, ключ, другие брошь”. Какая разница, что перед вами.

Беременная Гай Германика представила новый фильм и призвала меньше пить

Фильм Гай Германика закончила за пару дней до первой публикации, он игрок, если не сказать сырой нефти. И в этом же списке его заметил, да поздно: Юлия Нас уже занята. А что касается мужчин, дело с ними, по словам Register, будет так:

— У меня есть все фильмы от мужчины что-то незначительное. Может, на подсознательном уровне что-то есть.

Волк в систему его образов может быть существо, собака, еще более прекрасным ангелом. Почти как Ян ГЭ в “Троицу”, где все, непонятно почему. “Я ищу в себе, как Ян Джи”, — я пошутил, Германика о входящем ей на пятки катания Ян ГЭ, который представлял на фестивале самовлюбленный фильм с потугами на религиозность.

Впервые Германика сама себе хозяйка, продюсер, основал свою студию.

— И как вы?

— Хорошо. Я чувствую себя хорошо и свободно в этом.

Теперь, в возрасте от производителей, в последнее время со страхом и страх в его присутствии, визу за нее, лимонад. Да и растет Германика в глаза, сколько бы ни старалась казаться плохой девочкой. Пришло время читать сказки детям. Даже рассказал, что: русские народные, сказки народов Севера, а также Марки с Gucci, все книги, которые сохранились со времен детства.

Александр Лунгин — сын Павел Login— представил “Большой поэзии” низкого уровня. Снимал параллельно с отцом, когда он работал над “Братством”, пытаясь рассказать правду о войне в Афганистане. Герои Login-сын тоже прошли войну. Являются Луганска. На вопрос “МК”, уже с отцом, взаимодействуют, Александр Лунгин ответил: “Я написал сценарий “Братства”. Можно, наверное, проследить их влияние на наш скрипт, но не больше перекрестков не будет. Отец, правда, помогла получить деньги Министерства культуры”.

Но совпадения очевидны. Один из героев “Великой поэзии”, произносит монолог (придумал, не основанный на реальных фактах) о награде за подвиг в Афганистане. Два молодых сейчас дома, которые приняли участие в войне, пишет стихи. Один талантлив, а другой-нет. Стихотворение, в первом “Лех или не Леха?” давай по второй. Другой реплики. Поэтический компонент вина другой скрипт, написанный десять лет назад, и там речь шла о войне в Таджикистане. Лунгин стихи не пишет, даже недолюбливает ее. Но в поэзии — сила фильма, в войну — его слабость. Ребята воевали на Востоке Украины, несмотря на это, по словам директора, это не история о войне в Украине: “Чтобы рассказать нашу историю, было бы уместно, чтобы любой войны. Герои могли бы служить в Сирии. Это ничего, что не изменилось бы. Умерла культуры стал знаком этой истории”. Лунгин растолковал: “Эта страна принадлежит Кубок. Мы смотрим на них как на людей в форме, и, которые нам кажутся одинаковыми, но это не так. Там иерархия. В верхней части расположены на основе частных охранных компаний, ниже милиции. Имеют плохие отношения. Наши военные, низшие, защищают астроном. Что может скрываться за людьми в камуфляже? Нам кажется, что Venice, и все, но это не так”. Что касается главного героя, Виктора, все относятся к ним, как жертвы войны, и он, по словам режиссера, его хозяин, его господин.

Александр Кузнецов — три картины в конкурсе фестиваля. Но он был удивлен, что его считают самым востребованным художником: “Это просто обман, что может с каждым произойти, и закончить. Мне трудно выбрать сценарий. Главное, что герой в результате моих внутренних качеств. Это должен быть конкретный, жесткий, смелый человек, но Сентиментальный”.

Снято на окраине Москвы, в Некрасовке, возле мусорного терминала. Цвет добавили хотя бои, где собираются герои в поисках единства. Боевые птицы, глядя с экрана удаленного, отсутствует глаз, как будто лишены жизни. На площадке вызывали ветеринара, чтобы сделал усыпляющий укол и принесла птицу в нужное состояние. Но достаточно было закрыть глаза, чтобы петух упал в ступор. Закончится все банально и без смысла. Крови. Поэзия не спас никто — ни директор, ни его персонажей.

Вам также может понравиться